Тень Мурасаки. Японская сказка.

Сказка для детей и взрослых

в двух действиях

и семи картинах.

Действующие лица:

Тень Мурасаки

Колдун Курабу

Принцесса Акаси

Богатырь Фудзивара

Император Кирицубо

Государыня – супруга

Монах Содзу

Первый стражник

Второй стражник

Подруги принцессы Акаси, придворные, воины, народ, черные тени горы Мрака.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

КАРТИНА 1

Площадь перед дворцом императора Кирицубо. Звуки военного оркестра. Народ со всех сторон сбегается на площадь.

 ГОЛОСА. Император возвращается! Слава Государю Императору! Слава Императору Кирицубо! Слава господину Поднебесной! Слава! Слава!

На площадь входит император Кирицубо в сопровождении воинов. Народ падает на колени.  Воины исполняют танец победителей.

 КИРИЦУБО. Хвала Провидению! Вот мы и дома. Семь долгих лет длился мой поход. Я думал, что уже никогда не увижу моей родины, моего родного дворца и моих подданных. Но всему рано или поздно приходит конец. Наступил конец и нашим скитаниям.

Даже в те дни,

Когда жизнь была бесконечной

Чередою невзгод,

Так не плакал, как плачу теперь,

К минувшему возвращаясь.

МОНАХ СОДЗУ (из толпы). Рано радоваться, государь.

КИРИЦУБО. Что? Кто это сказал?

МОНАХ СОДЗУ (выходит из толпы). Я, монах Содзу.

КИРИЦУБО. Зачем ты хочешь омрачить мою радость, дерзкий монах?

МОНАХ СОДЗУ. Я монах, я служу Истине, и она повелевает мне говорить правду. Соблаговолишь ли ты выслушать меня, великий Государь?

КИРИЦУБО. Говори.

МОНАХ СОДЗУ. Государь, ты покинул свой дворец семь лет назад, а ведь семь лет – немалый срок, не так ли?

КИРИЦУБО. Подожди, не говори. Слишком велика моя радость, чтобы отказаться от нее ради твоей правды.

МОНАХ СОДЗУ. Правда  —  не моя. Она…

КИРИЦУБО. Я знаю. Но зачем мне знать правду, которая отнимет у меня радость?

МОНАХ СОДЗУ. Как хочешь, Государь. ( Собирается уйти.)

КИРИЦУБО. Постой. Кажется, ты прав. Если я радуюсь вопреки истине, значит радость моя не истинная. А не истинная радость  — не радость, лучше уж  — горькая правда. Так ты считаешь?

МОНАХ СОДЗУ. Так. Но каждый сам выбирает, что ему больше по душе.

КИРИЦУБО. Я выбираю правду. Говори.

МОНАХ СОДЗУ (помолчав). Я уже говорил, что семь лет—срок немалый. От тебя не было никаких вестей. Народ стал роптать: «Вот уже, сколько лет на престоле нет Государя. С нами перестанут считаться, как с народом, нас перестанут уважать, разбойники будут править нами. Какие же мы японцы, если у нас нет Императора!» Мы послали гонцов во все концы света, чтобы найти тебя и попросить вернуться на родину, но гонцы возвратились ни с чем. И вот, ровно год тому назад пришел во дворец Неизвестный и сказал, что ты скончался на чужбине от ран, а перед смертью завещал ему, этому Неизвестному править страной и нами, твоими подданными

КИРИЦУБО. Я никого не посылал.

МОНАХ СОДЗУ. Ему почему-то поверили. По всей стране был объявлен траур, а по окончании его придворные посадили на трон этого самозванца.

КИРИЦУБО. Значит я больше не император?

В ответ – тишина. Воины и народ, молча, один за другим, покидают площадь.  Остаются только монах Содзу и император Кирицубо.

КИРИЦУБО.  А что с моей женой и дочерью?

МОНАХ СОДЗУ. Пришелец запер их во дворце. Их ждет смерть, если твоя дочь не согласится стать его женой.

КИРИЦУБО. А что же мои придворные?

МОНАХ СОДЗУ. Они все убиты. Каждого, кто осмеливается приблизиться к императорскому дворцу, охватывает неописуемый ужас, которого не в силах выдержать смертный. Слабый падает замертво, а сильный бежит прочь, гонимый неведомым страхом. Вот — правда, которую я хотел поведать тебе, государь.

Гром, молния.   Исчезает и монах Содзу. Мрак опускается на землю. Император КИРИЦУБО остается один в темноте. Перед ним его дворец.

КИРИЦУБО (один).          Горестей много

Довелось мне изведать за эти

Луны и годы,

Но надеялся тайно – боги

Явят мне милость свою…

И вот….  Как обманчива наша радость! Мой дом захватил самозванец, а я стою у порога, объятый страхом, не в силах в него войти. Но это мой дом. Пристало ли Императору в страхе бежать от своего собственного дворца. Нет, пусть лучше умру перед дверью!

Идет ко дворцу. Черные тени преграждают ему дорогу.

КИРИЦУБО.  Прочь  с дороги, черные тени!.. Я войду в свой дом, чего бы мне это не стоило!

Страшные черные существа окружают его, протягивают к нему свои корявые длинные руки… Кирицубо выхватывает меч и,  прорубая  себе дорогу среди мрака и черных теней, входит во дворец.

КАРТИНА 2.

Покои императорского дворца погружены во мрак, который царит здесь со времени пришествия самозванца, колдуна КУРАБУ. Курабу один сидит на императорском месте. В руках у него веер, которым он играет, как мечом.

КУРАБУ (закончив свои упражнения). Ха-ха! Как я хорошо придумал – захватить этот дворец. Здесь тепло и сухо, не то, что в моих горах, в моей темной пещере! Уже целый год я обитаю здесь и все  никак не нарадуюсь. Какой же я молодец, какой я умница! (Гладит себя по голове.) Курабушечка ты мой, умная головушка моя! Надо тебя порадовать чем-нибудь. Надо пойти на кухню – съесть что-нибудь вкусненькое. Великолепная идея! ( Идет.) Постой! Опять забыл. Все время забываю… Я ведь теперь Император, а не простой колдун. Я же теперь – ого-го! Так зачем мне самому идти на кухню? Прикажу, – принесут. (Кричит.) Эй, ты!

Входит ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА, жена императора Кирицубо. Молчит.

КУРАБУ. Сходи на кухню и принеси мне чего-нибудь вкусненького. Да побольше.

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА. Слушаю (поворачивается, чтобы уйти).

КУРАБУ. Стой. А какое сегодня число?

Государыня-супруга молчит.

КУРАБУ. А-а! Молчишь. Значит правда. А я-то чуть было не запамятовал. На сегодня же назначена моя свадьба с твоей дочерью. Вот память!

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА. Колдун Курабу, сжалься, перенеси свадьбу еще хоть на одну неделю!

КУРАБУ. Чего? На неделю?

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА. Ну, хоть на три дня!

КУРАБУ. Ни на один день! Я и так ждал слишком долго. Все слушал ваши отговорки. Ступай и немедленно приведи сюда свою дочь. Кому я говорю!

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА. Уж лучше умереть.

КУРАБУ. Умрешь. Но после свадьбы, а то кто же будет прислуживать нам за свадебным столом. Ха-ха!

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА.

Хотела бы я

Легкой пеной, вскипев, растаять

В реке собственных слез…

КУРАБУ. Успеешь. Иди, делай, что я велел.

Вдруг яркий солнечный свет заливает покои. Входит Император Кирицубо. Курабу убегает. Государыня-супруга закрывает лицо рукавом. Кирицубо подходит к ней.

КИРИЦУБО.

Вернулся я

И как прежде горит в моем сердце

Пламя любви.

Посмотри, – дым поднимается к небу.

Не иссякнет он никогда.

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА (смотрит на него).

Долгие годы

Я мечтала об этом мгновенье.

Оно наступило?

Мой любимый ко мне возвратился

И я снова смотрю на него…

Неужели это ты?

КИРИЦУБО. А это – ты?

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА. Да. (Обнимаются.)

Появляется Курабу.

КУРАБУ. Ха-ха. Радуетесь? Встретились, наконец! Ну, радуйтесь. А я к себе в горы возвращаюсь. Оставляю вам ваш дворец, а с собой забираю вашу дочь, как возмещение убытков. Счастливо оставаться! Ха-ха!

Курабу тянет за веревку, которая у него в руках и мы видим связанную принцессу Акаси.

АКАСИ.  Отпусти меня сейчас же! Я никуда с тобой не пойду!

КИРИЦУБО.  Отпусти мою дочь или я снесу тебе голову!

Кирицубо бросается с мечом на Курабу. Гром, молния, темнота. Колдун Курабу исчезает вместе с принцессой Акаси. Кирицубо и Государыня-супруга остаются одни.

КИРИЦУБО.

Как быстро

Радость в печаль обратилась,

О, Провиденье!

Как же быть нам, моя дорогая,

Горе это как пережить?

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА.

Одно остается –

Плакать и плакать…

О, ясное солнце!

Скройся за тучи, не надо светить,

Не высушить слез наших вечно.

Плачут. Входят приближенные. Молча смотрят на них. Среди них монах Содзу и богатырь Фудзивара.

МОНАХ СОДЗУ (помолчав). Рано отчаиваешься, Государь.

КИРИЦУБО. Что? Кто это сказал?

МОНАХ СОДЗУ. Я, монах Содзу.

КИРИЦУБО. Это опять ты. Что ты скажешь на этот раз?

МОНАХ СОДЗУ. Скажу, что человеческие печали так же напрасны и недолговечны, как и человеческие радости.

КИРИЦУБО. Это все знают. Скажи лучше, как мне вернуть мою дочь?

МОНАХ СОДЗУ.  Колдун Курабу унес ее на свою гору, которая называется гора Мрака, и сделал ее своей вечной пленницей.

В облачении скорби

Гора Мрака, гора Курабу.

Средь отрогов ее

Заблудившийся вряд ли сумеет

Отыскать дорогу назад.

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА. Что же делать?

МОНАХ СОДЗУ. Вашу дочь мог бы спасти тот, кто является ее женихом, кто любит ее больше жизни.

КИРИЦУБО. Я только что вернулся из похода и не знаю, есть ли жених у моей дочери.

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА. У нее нет жениха. Должна сказать тебе, супруг мой, что у нашей дочери холодное сердце. Она хороша собой, но жестока и своенравна. Кто же полюбит такую. Некоторые юноши пытались свататься к ней, но, узнав ее дурной нрав, тут же под разными предлогами отказывались от нее. Один только богатырь Фудзивара не захотел от нее отказаться. Но она сама отвергла его.

КИРИЦУБО. Может этот Фудзивара еще любит нашу дочь? Позовите ко мне богатыря Фудзивару.

ФУДЗИВАРА. Я здесь, великий Государь.

КИРИЦУБО. Любишь ли ты мою дочь, богатырь?

ФУДЗИВАРА. Больше жизни люблю, Государь.

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА. Спаси нашу дочь, Фудзивара!

КИРИЦУБО. Вызволи ее из царства Мрака, из рук коварного Курабу.

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА. Верни нам ее, умоляю!

КИРИЦУБО. Я не могу обещать отдать ее тебе в жены,– ведь она отвергла тебя, но можешь просить у меня всего, чего пожелаешь, все исполню.

ФУДЗИВАРА. Ничего мне не нужно, Государь. Ваша дочь так же мне дорога, как и вам. Я спасу ее или погибну. Прощайте!

КИРИЦУБО. Прощай, богатырь!

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА. До свиданья, Фудзивара!

До скорого свидания!

ФУДЗИВАРА.

На гору Мрака

Спешат мои ноги, и сердце рвется

Вслед за той,

Что рану ему нанесла

Своею суровой насмешкой.

Музыка. Затемнение.

КАРТИНА 3.

Гора Мрака, покои Курабу. Черные тени исполняют свой страшный танец. Входит Курабу с принцессой Акаси.

АКАСИ.  Куда ты меня притащил, противный старикашка?

КУРАБУ.  Опять обзываешься!

АКАСИ (дразнится). Противный старикашка! Чучело пузатое, лысое, лохматое! Чучело пузатое, лысое, лохматое….

КУРАБУ. Хватит!… Эй, тени мои черные, страшные, ужасные, схватите эту девчонку!

АКАСИ.  Пусть только попробуют!

Тени гоняются за ней, она убегает, ловко обманывая их, но, в конце концов, оказывается схвачена.

АКАСИ. Ой, какие ледяные у вас руки! Все, все я сдаюсь, только не прикасайтесь ко мне! (Курабу.) Скажи им, чтобы они меня не трогали.

КУРАБУ.  А дразниться будешь?

АКАСИ. Ладно, не буду.

Курабу делает знак. Тени отпускают принцессу и расходятся по углам. Акаси дрожит то ли от холода, то ли от страха.

КУРАБУ.  Так то вот! Я целый год в вашем дворце терпел твои капризы. Теперь мы в моем дворце и здесь ты будешь вести себя так, как будет угодно мне ….

АКАСИ. Еще чего!

КУРАБУ. …Или я превращу тебя в одну из этих теней.

АКАСИ. Я не хочу быть тенью.

КУРАБУ. Тогда веди себя хорошо.

АКАСИ. Я не умею.

КУРАБУ. Ничего, научишься. Жизнь научит.

АКАСИ. А мне здесь не нравится.

КУРАБУ. Привыкнешь.

АКАСИ. Не хочу привыкать!

КУРАБУ. Придется. Я устал с дороги. Пойду отдохнуть. А ты сиди здесь и учись хорошо себя вести. Я высплюсь хорошенько, а ты тем временем успокоишься, перевоспитаешься …. Можно будет и жениться на тебе.

АКАСИ. Конечно. (В сторону). Как же, дожидайся!

КУРАБУ. Что?

АКАСИ. Попробую, говорю.

КУРАБУ. Попробуй, попробуй.

АКАСИ. А эти (показывает на тени) тоже здесь останутся?

КУРАБУ. Они будут тебя охранять.

АКАСИ. Не хочу. Убери их отсюда, а то они меня раздражают. Так я никогда не смогу перевоспитаться.

КУРАБУ. А без них сможешь?

АКАСИ. Конечно, смогу. Я даже чувствую, как перевоспитываюсь, а как посмотрю на них – так и опять начинаю капризничать и ругаться. Вот, посмотрела, – сейчас ругаться начну. Ой, не могу удержаться!

КУРАБУ. Потерпи, я их сейчас прогоню.

АКАСИ. Ой, не могу…

Пучеглазый Курабу

Съел букашку на дубу!

КУРАБУ. Эй, тени черные, исчезните!

Тени исчезают. Акаси продолжает твердить дразнилку.

КУРАБУ. Они исчезли, перестань дразниться!

АКАСИ. Ой, в самом деле! Прошу тебя, больше не зови их сюда и тогда я навсегда отучусь ругаться. Видишь, их нет, и я не ругаюсь и не капризничаю. Мне кажется, что я скоро совсем перевоспитаюсь.

КУРАБУ. Ну, вот и хорошо. Теперь я могу спокойно пойти отдохнуть.

АКАСИ. Спокойной ночи!..

КУРАБУ. Что?!

АКАСИ. Видишь, как я быстро перевоспитываюсь.

КУРАБУ. Да…. А ты не убежишь?

АКАСИ. Что ты! Куда мне бежать? В такой темноте разве дорогу найдешь.

КУРАБУ. Верно.

АКАСИ. Да я уже и привыкла здесь. Возможно, мне здесь даже понравится.

КУРАБУ. Ну ладно. Я пошел спать.

Уходит. Акаси одна. Пытается найти выход из пещеры, но со всех сторон плотной стеной ее окружает мрак.

АКАСИ. Неужели больше никогда я не увижу солнечного света?  Как же здесь темно…. Как страшно… (Поет).

Ночь наступила,

Черные тени легли

На тропинки в саду.

Никто не спугнет их теперь,

Никто ко мне не заходит… (Плачет).

Входит ФУДЗИВАРА.

ФУДЗИВАРА. Здравствуй, Акаси!

АКАСИ. Ах, это ты…. Здравствуй…. Ты мне снишься?

ФУДЗИВАРА. Да, я тебе снюсь.

АКАСИ. А…. Это хорошо.

ФУДЗИВАРА. Почему?

АКАСИ. Потому что, если бы это было наяву, то ты не захотел бы и говорить со мной. Ведь я отказалась быть твоей женой, помнишь, и прогнала тебя.

ФУДЗИВАРА. Я не помню этого.

АКАСИ. Ну, конечно не помнишь. Ведь то было наяву, а сейчас ты мне снишься.

ФУДЗИВАРА. Да.

АКАСИ. А раз ты мне снишься, значит, я могу говорить тебе все, что захочу?

ФУДЗИВАРА. Ну, да.

АКАСИ. Тогда я скажу, что рада видеть тебя, Фудзивара. Я всегда восхищалась тобой. Я была так рада, когда ты за меня посватался….

ФУДЗИВАРА. Но почему же ты тогда сказала «нет» и прогнала меня?

АКАСИ. Из упрямства, из-за моего дурного характера.

ФУДЗИВАРА. Ах, Акаси! (Целует ей руку).

АКАСИ. Что же это такое?

ФУДЗИВАРА. Что?

АКАСИ. Я чувствую тепло твоих рук. Разве так бывает во сне?

ФУДЗИВАРА. Это не сон, Акаси. Я на самом деле пришел, чтобы спасти тебя.

АКАСИ. Значит это не сон? Как жаль….(Убирает руку).

ФУДЗИВАРА. Почему? (Снова хочет взять ее за руку).

Акаси закрывается от него рукавом своего кимоно и отходит в сторону.

АКАСИ. Как ты смеешь смотреть на меня, да еще и брать меня за руку, да еще и …. Я – дочь императора, а ты смеешь называть меня по имени. Ступай прочь, несчастный, пока мои слуги….

ФУДЗИВАРА. Какие слуги, Акаси? Ты забыла, что находишься в плену у колдуна Курабу.

АКАСИ. Все равно, уходи.

ФУДЗИВАРА. Хорошо, я уйду. Но, может быть, вы, госпожа, последуете за мной? Или вы собираетесь остаться здесь и стать женой Курабу?

АКАСИ. Еще чего!

ФУДЗИВАРА. Так что же делать?

АКАСИ. Ну, хорошо, так и быть, я позволяю тебе меня спасти.

ФУДЗИВАРА. Премного благодарен. Позволите проводить вас до дома?

АКАСИ. Позволяю. Только не думай, что я соглашусь стать твоей женой. Сказала «нет» – значит, нет.

ФУДЗИВАРА. Я не думаю.

АКАСИ. Я никогда не поверю, что ты меня любишь.

ФУДЗИВАРА. И правильно сделаешь.

АКАСИ. Почему?

ФУДЗИВАРА. Потому что я вовсе тебя не люблю.

АКАСИ. Как?

ФУДЗИВАРА. Так.

АКАСИ. Ну, тогда я не позволяю тебе спасать меня.

ФУДЗИВАРА. Как хочешь. Я пошел. (Кланяется и делает вид, что уходит).

АКАСИ. Нет, постой. Как же я останусь здесь? Я не могу. Что же мне делать? Упрямство не позволяет мне следовать за тобой, но и оставаться здесь я тоже не хочу. Знаешь что, давай ты меня похитишь, силой уведешь отсюда, ладно?

ФУДЗИВАРА. Ну что же, силой, так силой. (Берет ее за руку). Бежим скорей!

Черные тени возникают по углам и окружают их. Смех Курабу эхом отдается в пещере.

КУРАБУ. Ха-ха! Смешные людишки! Вы думаете так просто уйти от меня? Отсюда нет дороги назад, из пещеры Мрака еще никто не возвращался.

ФУДЗИВАРА. Если есть дорога сюда…, а она есть, потому что я по ней пришел, значит, есть дорога и отсюда.

КУРАБУ. Помолчи. Я прикажу посадить тебя на цепь! Эй, слуги мои, взять его и приковать к этой черной скале!

Тени хватают Фудзивара и сажают на цепь.

КУРАБУ. Ха-ха! Ты послужишь мне псом. До тех пор, пока меня это забавляет, а потом я прикажу сбросить тебя со скалы. А? Хорошо я придумал, красавица? Видишь, какой я могущественный!

АКАСИ. Не вижу.

КУРАБУ. Не смей мне дерзить!

АКАСИ. Но здесь слишком темно. Я, в самом деле, ничего не вижу.

КУРАБУ. Если ты до утра не перевоспитаешься, я и тебя прикажу сбросить со скалы.

АКАСИ. Ой, как страшно!

КУРАБУ. Молчать!.. Сидеть тихо. Я спать пошел. (Фудзивара). Эй, песик, голос! Гав-гав, гав-гав! Молчишь? Ничего, завтра я научу тебя лаять.

Уходит.

ФУДЗИВАРА. Что же, так тоже неплохо. По крайней мере, до утра я смогу любоваться тобой и ты не  можешь прогнать меня прочь, потому что я крепко прикован к этой скале.

АКАСИ. Как бы ни так! Так я и позволю тебе смотреть на меня!

Фудзивара смотрит на нее.

АКАСИ.  Я приказываю тебе отвернуться.

ФУДЗИВАРА (вертит головой). Не получается.

АКАСИ. Тогда закрой глаза.

ФУДЗИВАРА. Не могу.

Акаси отворачивается.

ФУДЗИВАРА.

Вечер пришел

И сердце мое пылает

Ярче любых светлячков,

Но никто его света не видит

И по-прежнему ты холодна…

АКАСИ.

Ночь наступила.

Ты сказал, что не любишь меня

И сердце в груди

Словно снег на вершине горы

Никогда не растает.

ФУДЗИВАРА. Я сказал неправду. Я пошутил.

АКАСИ. Да? Значит ты меня… (Пауза).

ФУДЗИВАРА. Да.

Откуда-то раздаются звуки музыки. Мерцающая лунным светом тень отделяется от стены и движется в танце любви и печали.

АКАСИ. Ой! (Бросается к Фудзивара).

ФУДЗИВАРА. Кто ты, прекрасная незнакомка? Ты явь или призрак?

МУРАСАКИ (тихо смеется)

Явь –

Ничуть не верней

Сновиденья,

Где каждая малость явственно ощутима.

Так я жива,

Но никто пусть об этом не знает.

Я так рада, что ты наконец-то пришел, господин! Подойди ко мне поближе, прошу тебя.

ФУДЗИВАРА. Я не могу этого сделать. Я прикован к скале.

МУРАСАКИ (смеется). Какие пустяки! Тебе это только кажется. (Делает странное движение руками, – оковы спадают с Фудзивара.) Посмотри, твои цепи упали. Ты свободен. Подойди же ко мне!

АКАСИ. Фудзивара, не подходи к ней! Я ее боюсь.

МУРАСАКИ. Столько долгих томительных лет я ждала твоего возвращенья, мой возлюбленный! Наконец, ты пришел. Хризантемы в душе расцветают…. Свершилось!

ФУДЗИВАРА. Простите меня, прекрасная госпожа, но я вас прежде никогда не встречал. Кто вы?

АКАСИ. Да, кто ты такая?

МУРАСАКИ. Разве ты меня не узнаешь? Это я – твоя Мурасаки.

ФУДЗИВАРА. Мурасаки?… Первый раз слышу это имя.

МУРАСАКИ. Мой брат, колдун Курабу, навсегда запер меня в этой темной пещере горы Мрака за то, что я полюбила тебя.

ФУДЗИВАРА. Меня? Я не знал. Когда же это произошло?

МУРАСАКИ. Ровно триста лет прошло с той поры. Все эти годы я ждала тебя каждую минуту, — и вот ты вернулся, наконец…. Почему ты не хочешь обнять меня?

ФУДЗИВАРА. Потому что я – не он. Я другой. Меня зовут Фудзивара, мне не триста лет и я пришел не к тебе. Прости.

МУРАСАКИ. Не ко мне?

ФУДЗИВАРА. Я пришел, чтобы спасти принцессу Акаси.

МУРАСАКИ. Эту капризную девчонку? Но она никогда не сумеет любить тебя так же сильно и преданно, как люблю тебя я.

АКАСИ. Почему это не сумею?

МУРАСАКИ. Оставь ее. Забудь ее. Дай мне руку! Мы умчимся с тобой прочь из этого царства Мрака в страну вечной любви.

Что твой мир?

Не плывучий ли, зыбкий

Мост сновидений?

Суждено по нему проходящим

Печалиться и страдать.

Дай мне руку твою поскорее!

Хочет подойти к нему ближе. Акаси преграждает ей путь.

АКАСИ. Нет!

МУРАСАКИ. Посмотри на меня —  я плачу…. Неужели тебе нисколько не жаль меня? О, Фудзивара, ты не любишь меня, но хотя бы меня пожалей! Ведь это так просто. Сделай шаг лишь навстречу, один только шаг…. Вытри слезы мои. Ведь ты их виновник…(плачет).

ФУДЗИВАРА. О, бедная Мурасаки! (Хочет к ней подойти).

АКАСИ (не пускает его). Нет! Не слушай ее!

ФУДЗИВАРА. Прекрасная госпожа Мурасаки, я благодарю вас за вашу любовь. Вы само совершенство, и я, не задумываясь, последовал бы за вами, если бы мы встретились раньше, до того как я увидел и полюбил вот эту капризную девчонку, принцессу Акаси. Я не могу разлюбить ее. Я обречен.

МУРАСАКИ. Обречен, как и я?

ФУДЗИВАРА. Да.

МУРАСАКИ. Я тебя понимаю.

Акаси плачет.

МУРАСАКИ. Не плачь, принцесса. Придет время – ты тоже узнаешь, что значит: любить бесконечно. (Пауза.) Вам пора поспешить. Скоро рассвет. До рассвета вы должны покинуть это царство Мрака, не то останетесь здесь навсегда. Фудзивара, на прощанье я дарю тебе эту хризантему. Спрячь ее у себя на груди. Когда придется тебе совсем плохо, – достанешь ее и назовешь мое имя. Где бы ты ни был тогда – я приду и помогу, ведь теперь ты мне брат по несчастью, или по счастью. Я не знаю, как лучше назвать это чувство, которому имя «любовь без ответа».

ФУДЗИВАРА. Это и то и другое. И счастье, и горе – все вместе.

МУРАСАКИ. Да, должно быть ты прав. На, возьми хризантему.

Мурасаки дает Фудзивара хризантему. Он прячет  ее у себя на груди.

МУРАСАКИ.  Прощайте!

ФУДЗИВАРА. Прощай, Мурасаки!

Входит Курабу.

КУРАБУ. Стойте! Куда это вы собрались?

МУРАСАКИ. Брат, оставь их. Пусть они возвратятся в свой мир.

КУРАБУ. Еще чего!  Я столько трудов претерпел и столько страданий! Я уже почти был императором, но тут вдруг возвратился ее папаша, и мне пришлось распрощаться с императорской властью и покинуть дворец, такой сухой и теплый, не то, что наш! Должен же я получить за это хоть какую-то компенсацию? Вот я и прихватил с собой принцессу и не собираюсь ее никому отдавать. Еще чего!

МУРАСАКИ. Но зачем она тебе нужна?

КУРАБУ. Я женюсь на ней! Сегодня же.

АКАСИ. Как бы ни так!

КУРАБУ. Молчи! Тебя никто не спрашивает. Как я решил, – так и будет!

АКАСИ. Это мы еще посмотрим.

КУРАБУ. Слушай, когда ты, наконец, перевоспитаешься?

АКАСИ. Никогда

КУРАБУ. Видимо ты уже забыла, какие холодные руки у теней, обитающих в моем дворце? Придется отдать тебя им! (Хватает Акаси за руку.)

АКАСИ (вырывает руку и толкает Курабу). Не трогай меня!

Курабу падает.

КУРАБУ (сидя на полу). Это что же такое делается, а? Она оттолкнула меня? Какая-то вздорная девчонка посмела оттолкнуть самого Курабу! Мрачного, коварного и злого повелителя горы Мрака! Нет, это невозможно. Я не в силах этого терпеть. Придется ее хорошенько наказать. (Встает.)

Акаси прячется за Фудзивара.

МУРАСАКИ. Подожди, мой мрачный брат, будь благоразумным. Ты, такой могущественный не должен связываться с девчонкой. Подумай, зачем тебе жениться на ней, когда у нее такой невозможный характер. Ведь сделавшись твоей женой, она станет еще хуже.

КУРАБУ. Да?

МУРАСАКИ. Да.

АКАСИ. Конечно. Я буду не только ругаться, но еще и драться, и кусаться, и царапаться, и щипаться, и плеваться, и толкаться, и….

КУРАБУ. За-мол-чи! Я больше слышать тебя не могу! Убирайся прочь из моего дома, и чтобы я больше никогда тебя не видел! Прочь! Немедленно прочь!

Акаси и Фудзивара направляются к выходу.

КУРАБУ (Фудзивара). Стой! А ты куда? Тебя я не отпускал.

АКАСИ. Мы вместе.

КУРАБУ. Что значит вместе? Я не согласен. Ты убирайся, а он останется. Он – мой пес, и я буду учить его лаять. (Фудзивара.) Песик, голос! Гав-гав! Кстати, почему ты не на привязи? Кто снял с тебя цепи? Кто посмел?

МУРАСАКИ. Я. Успокойся, брат мой. Этот юноша тебе так же не нужен, как и эта девушка. Отпусти его тоже.

КУРАБУ. Нет.

МУРАСАКИ. Но я тебя прошу. Я давно тебя ни о чем не просила, ведь так? Разве не я только что избавила тебя от большой беды?

КУРАБУ. От какой беды?

МУРАСАКИ. От злой жены. Ты собирался жениться на этой девушке, а я тебя отговорила.

КУРАБУ. Да, ты правильно сделала. (Акаси.) У-у! Вредина! Злючка-колючка!

АКАСИ. У-у, страшилка пузатая! (Показывает ему язык).

КУРАБУ.  Нет, этого терпеть невозможно! Сестра, прогони ее!

МУРАСАКИ. Хорошо. Только выполни мою просьбу. Отпусти этого юношу.

КУРАБУ. Не могу.

МУРАСАКИ. Почему?

КУРАБУ. Он самовольно явился сюда, в царство Мрака и поэтому никогда не сможет выйти отсюда. Он сам не захочет, когда узнает, что его ждет.

ФУДЗИВАРА. Что же меня ждет?

КУРАБУ. Как только ты выйдешь за пределы моих владений, – ты тут же превратишься в безобразное чудовище. Люди будут бояться тебя, и ненавидеть, будут бросать в тебя камни и палки и желать тебе смерти. Все отвернутся от тебя, даже те, кто тебя любили, не узнают тебя.

Все молчат. Пауза.

ФУДЗИВАРА. Не понял…

КУРАБУ. Так что хорошенько подумай, прежде чем переступить порог моего дворца. По-моему, лучше остаться здесь, в царстве Мрака, чем превратиться в Чудовище. Оставайся. А эта девчонка пусть убирается отсюда одна.

ФУДЗИВАРА. Нет.

КУРАБУ. Что нет, что нет? Любите вы говорить мне «нет». Да пойми ты, наконец. Я тебе японским языком говорю, что как только ты спустишься с моей горы Мрака в долину и увидишь солнце, – ты тут же превратишься в страшное Чудовище, и люди непременно постараются поскорее тебя прикончить. Понятно?

ФУДЗИВАРА. Принцесса одна не сможет найти дорогу назад. Она может заблудиться или поскользнуться на горной тропинке и упасть в пропасть. Она может погибнуть. Нет, я должен проводить ее до дому. Я обещал ее отцу Императору спасти его дочь или погибнуть.

КУРАБУ. Ой, ой, глупые людишки!.. Я вам одно, а вы мне – другое. Слушать вас скучно. Устал я от вас. Делайте, что хотите, а я спать пошел.

Курабу уходит. Черные тени возникают по углам.

МУРАСАКИ. Поспешите, друзья! Скоро рассвет.

ФУДЗИВАРА (берет Акаси за руку). Идем скорее.

АКАСИ. Подожди. Разве ты не боишься?

ФУДЗИВАРА. Я боюсь навсегда остаться в царстве Мрака.

АКАСИ. А я не хочу, чтобы ты из-за меня превратился в чудовище.

ФУДЗИВАРА. Лучше быть Чудовищем и умереть, чем жить здесь.

Слышен нарастающий гул и скрежет.

МУРАСАКИ. Ворота закрываются, и вы уже больше никогда не сможете отсюда выбраться.

Черные тени в мрачном угрожающем танце надвигаются на Фудзивара и Акаси.

АКАСИ. Фудзивара, я боюсь. Мне холодно.

ФУДЗИВАРА. Дай мне твою руку. Не бойся!

Черные тени окружают их. Фудзивара и Акаси обречены.

МУРАСАКИ. Стойте, черные тени! Я, Мурасаки, пленница горы Мрака, приказываю вам остановиться!

Тени неожиданно замирают

.МУРАСАКИ. Бегите отсюда поскорее! Через минуту они оживу и тогда вам конец!

ФУДЗИВАРА. Прощай, Мурасаки!

АКАСИ. Прощай, Мурасаки!

Убегают. Черные тени оживают, кружатся пещере и устремляются вслед за беглецами.

МУРАСАКИ.

О, великое солнце,

Которого я сотни лет не видала,

Помоги беглецам

Поскорее спуститься в долину,

Где их ждут испытанья, увы…

Тень Мурасаки тает во мраке пещеры.

Занавес. Конец первого действия.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

 КАРТИНА 1.

Фудзивара и Акаси у подножия горы Мрака. Солнце  поднимается над горой.

ФУДЗИВАРА.  Солнце поднимается над горой Мрака. Скоро я стану страшным Чудовищем.

АКАСИ.  Подожди.

ФУДЗИВАРА. Разве можно остановить неизбежное?

Вздрогнет от ветра

Ветка цветущей сливы

И лепестки уронит

В быстро текущий поток…

Так ты меня позабудешь.

АКАСИ.  Пускай цветущая ветка

Совсем засохнет,

Но сердце

Не сможет забыть того,

Кто стал бесконечно дорог.

ФУДЗИВАРА.  Что ты сказала?

АКАСИ.  Я? Ничего. Тебе послышалось.

ФУДЗИВАРА (берет Акаси за руку.) Ты тоже мне дорога… бесконечно….

Рука твоя —

Словно птица

Сидит у меня на ладони.

Вот-вот вспорхнет и исчезнет,

Оставив меня в печали.

Слушай меня внимательно, Акаси. Мы уже почти пришли. Теперь ты сможешь одна добраться до дому. Сейчас ты одна, без меня, пойдешь вот по этой тропинке, – она выведет тебя на дорогу, идущую во дворец твоего отца, Императора Кирицубо.

АКАСИ. А ты?

ФУДЗИВАРА. Ты же знаешь. Скоро я превращусь в Чудовище. Увидев меня в таком обличье, ты закричишь от страха, и прикажешь меня казнить.

АКАСИ. Что ты такое говоришь!

ФУДЗИВАРА. Я шучу.

Впереди – дальний путь.

Не знаю, когда мы с тобою

Встретимся вновь?

Нам неведомы сроки, и все же

В сердце надежда живет.

Прощай, Акаси! (Хочет уйти.)

АКАСИ. Нет!

Вдруг неведомая сила подхватывает Фудзивара и бросает на землю. Акаси в ужасе закрывает лицо руками. Фудзивара превращается в Чудовище. Акаси смотрит на него, кричит от страха и падает замертво. Фудзивара бросается к ней, пытается привести в чувство, что-то говорит, но вместо слов слышится только вой и рычание. Чудовище не может говорить как человек. Смех Курабу гремит в горах, подобно камнепаду.

КУРАБУ (появляется.)  Ха-ха! Ну, молодой человек, как ты себя чувствуешь в новом обличье? По-моему, получилось совсем неплохо. В таком виде ты мне гораздо больше нравишься. Правда, бедная наша принцесочка упала в обморок, увидев тебя…. Но, ничего, очухается. Это ей даже на пользу – нежнее будет.

Фудзивара хочет ему ответить, но не может. Из уст его раздается только глухое рычание.

КУРАБУ.  Ха-ха! Вот так-то, голубчик! Теперь ты не человек, а Чудище, поэтому и говорить тебе не положено. Где это видано, чтобы Чудище разговаривало! Ха-ха!

Фудзивара бросается на Курабу, намереваясь его убить, но не может к нему даже приблизиться. Одним взмахом руки тот повергает его наземь. Фудзивара пытается повторить свое намерение, но все тщетно. Курабу хохочет.

КУРАБУ.  Ха-ха! Ты видно забыл, с кем имеешь дело? Я – самый  — самый могущественный  в этой части света и против меня приема нет. Победить меня невозможно, потому и драться со мной бесполезно. Понял? Ха-ха!.. Ладно, не переживай! Я на тебя не обижаюсь. У меня нынче настроение хорошее. Я, знаешь, чего придумал? Сейчас я превращусь в заморского принца, возьму принцессу, отнесу во дворец Императору; он, в знак благодарности, выдаст ее за меня замуж, и тогда я, как зять Императора, снова смогу жить во дворце! А? Хорошо я придумал? А во дворце так сухо и тепло!…  Не то, что в моей горе Мрака. О! Предел мечтаний! ( Превращается в заморского принца.) Хамурапи тажи пара, туруту хаджа куту! О нет, говорить я лучше буду по-японски! При дворе мало кто знает заморский язык, а с переводчиками связываться не хочется. Придется везде таскать их за собой…. Нет, как-нибудь обойдусь своим родным японским. (Оглядывает себя.) Как тебе мой прикид? Впрочем, что я спрашиваю, – ты ведь не можешь разговаривать. Давай, бери принцессу в лапы и ступай во дворец, а я следом.

Фудзивара не двигается с места.

Ну, послушай, я тебе честно признаюсь, я бы сам ее донес…. Но вдруг она по дороге очнется и начнет кусаться или щипаться? Прямо у меня в руках!… Я ужас как боюсь этого, понимаешь!

Фудзивара — ни с места.

Эх ты! А говорил такие красивые слова: «я обещал Императору спасти ее или умереть!.. Я должен проводить ее до дома!» Ты же говорил все это. А теперь что? Где твои обещания?

Фудзивара подходит к принцессе и бережно берет ее на руки.

Вот и молодец! Ха-ха!

Во дворце поселюсь,

Где всегда так тепло и так сухо,

Как будто на печке!

И на мягких коврах валяясь,

Буду нюхать запахи с кухни….

Уходят.

КАРТИНА 2.

Дворец Императора Кирицубо. Звучит японская траурная музыка. Император, Государыня-супруга, придворные оплакивают принцессу.

ВСЕ (плачут.)

Светлый ручей,

Камень точишь ты, и в саду

Тебе все подвластно.

Так скажи нам, где теперь та,

Что тобой любовалась когда-то…

От той, что ушла,

Отраженья и то не осталось.

А ты и теперь

Бежишь по камням беззаботно,

Светлый ручей в саду…

КИРИЦУБО.  О, бедная моя дочь!

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА.  О, бедная моя девочка!

ПРИДВОРНЫЕ.  О, несчастная принцесса Акаси!

КИРИЦУБО.  Монах Содзу! Ты все время молчишь. Скажи, хоть что-нибудь.

МОНАХ СОДЗУ.  Я не знаю, что тебе сказать, великий государь.

Для радости и для горя

Одно вместилище – сердце

И можем ли мы

Отличить друг от друга

Слезы радости, слезы печали.

КИРИЦУБО.  Ты хочешь сказать, что все в этом мире тщетно? Но это нас не утешает.

МОНАХ СОДЗУ.  Я хочу сказать, что в этом мире все не так, как нам кажется.

КИРИЦУБО (повторяет.)  Все не так, как нам кажется… Ты хочешь сказать, что мы напрасно льем слезы по нашей дочери?

МОНАХ СОДЗУ.  Да.

КИРИЦУБО.  Как ты смеешь!..

МОНАХ СОДЗУ.  Я говорю, что думаю.

КИРИЦУБО.  Почему ты так думаешь?

МОНАХ СОДЗУ (прислушивается.) Потому что…. Обещайте мне, сделать то, о чем я вас попрошу.

КИРИЦУБО.  Обещаю.

МОНАХ СОДЗУ.  Я прошу вас и всех присутствующих… закрыть глаза и сосчитать до трех.

ПРИДВОНЫЕ (ропщут.)  Как он смеет! Какая неуместная шутка! Какое бесчувственное сердце!

КИРИЦУБО.  Я обещал. Приказываю всем закрыть глаза и считать до трех!

Все закрывают глаза ладонями.

КИРИЦУБО (считает.) Один!

ВСЕ (повторяют.)  Один!

КИРИЦУБО.  Два.

ВСЕ. Два.

КИРИЦУБО.  Три!

ВСЕ.  Три!

Входят Фудзивара в обличье Чудовища с принцессой на руках и Курабу в виде заморского принца. Все смотрят на них и тут же опять в ужасе закрывают глаза руками. Все, кроме Императора Кирицубо и монаха Содзу. Придворные дамы падают в обморок.

КУРАБУ.  О, великий господин Подлунной! Тебя приветствует, не менее великий, султан…. То есть, я хотел сказать, принц заморский Махнуд сто восемьдесят шестой! Султан,… то есть, принц Махнут Персидский! Сидя в моей далекой заморской стране, я вдруг узнал, что твою дочь похитил злой и коварный колдун Курабу и запер ее в темной пещере горы Мрака, в царстве вечного Мрака и самого ужасного ужаса! О, как там страшно!.. А вот этому страшному и опасному Чудищу велел ее сторожить. Я тут же, узнав об этой вопиющей несправедливости, примчался из моей далекой заморской страны прямо в эту жуткую, жутчайшую страну Мрака, победил и укротил это Чудовище и освободил твою дочь!

КИРИЦУБО.  Неужели? Где же она?

КУРАБУ.  Вот она! На руках у этого страшилы. Вы не бойтесь, он не опасный. Я его укротил. Смотрите, какой он послушный. ( Фудзиваре.) Эй, ты, чудо-юдо, отдай принцессу законным родителям!

Фудзивара подходит к Императору Кирицубо и отдает ему на руки принцессу Акаси. Почтительно кланяется и отходит.

КУРАБУ.  Вообще-то, ваше величество, лучше его запереть в подземелье. На всякий случай. Ха-ха! Все-таки Чудовище. Вдруг взбесится. Ха-ха! Эй, слуги! Заприте его в подземелье!

На Фудзивара набрасывают цепи и уводят. Принцесса Акаси просыпается.

АКАСИ (смотрит на Государыню-супругу.) Мама! Это ты?

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА. Я, доченька. (Обнимает ее.) А это – твой отец – Император Кирицубо. Наверное, ты забыла его. Ты была еще маленькая, когда он ушел на войну.

АКАСИ.  Нет, я не забыла. (Обнимает Кирицубо.) Наконец-то ты вернулся! (Замечает Курабу в облике заморского принца.) А это кто такой?

КУРАБУ.  Я есть принца заморская. Султан Махнут Персидский! (Кланяется.)

АКАСИ.  Да?

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА.  Этот человек освободил тебя из пещеры Мрака, куда унес тебя коварный колдун Курабу.

АКАСИ.  Да? Я не помню… Я ничего не помню…

КУРАБУ (в сторону.)  Ну и хорошо, что не помнишь.

КИРИЦУБО.  Отведите принцессу в ее комнату. Ей необходимо отдохнуть.

Государыня-супруга и придворные уводят принцессу Акаси.

КУРАБУ.  Ах-ах! Бедный, бедный принцесса!.. Халы валы ек! Ах-ах!

КИРИЦУБО.  Что вы сказали?

КУРАБУ.  Ах-ах, говорю, бедный девушка. Она все забыл! Ах-ах!

КИРИЦУБО.  Ничего. Отдохнет и все вспомнит.

КУРАБУ.  Да-да, все-все вспомнит…

КИРИЦУБО.  А вас, принц, я приглашаю погостить у меня во дворце.

КУРАБУ.  О-о-о!.. С превеликим удовольствием! Погостить – это моя любит. Погостить, пообедать, попить, закусить – это мой любимый дело. Любимый занятие.

КИРИЦУБО.   Я рад за вас. Пойдемте. Я лично провожу вас в отведенные вам покои. Там вы сможете заниматься вашим любимым делом столько, сколько захотите. Вы спасли мою дочь – я в вечном долгу перед вами!

КУРАБУ.  О! Не стоит благодарность! Это для меня пустяк. Я спас уже много разных принцессов, даже целых двадцать девять или тридцать. И совершенно бесплатно!

Входит Государыня-супруга.

КИРИЦУБО.  Как чувствует себя наша девочка?

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА.  Ах, супруг мой, не знаю, что и сказать…. Прежде она была капризна и своенравна. Невозможно было ей угодить. А теперь она такая кроткая и ласковая, что даже страшно за нее делается! (Плачет.) Я хотела уложить ее в постель, но она вдруг сказала: «Как же так? Я буду спать, а он…» и заплакала. «Кто – он?» – спросила я. «Не знаю», — сказала принцесса, — мне нужно его найти». Теперь она бродит по всему дворцу, плачет и ищет кого-то, а кого – сама не знает. (Плачет.)

Звучит печальная музыка. Появляется принцесса Акаси с подругами. Они исполняют танец «плача».

АКАСИ.  Томительно долго

Льется дождь.

ДЕВУШКИ.  Льется дождь, льется дождь, льется дождь….

АКАСИ.  Но еще обильней

Река моих слез.

ДЕВУШКИ.  Моих слез, моих слез, моих слез…

АКАСИ.  Рукава с каждым мигом влажнее

А надежды на встречу….

ДЕВУШКИ.  Надежды на встречу!

АКАСИ.  Все нет.

ДЕВУШКИ.  Нет…. Нет…. Нет…. Нет…. Нет….

АКАСИ (оглядывает комнату, обходит всех, заглядывает им в лица). Его здесь нет…

КИРИЦУБО.  Кого?

АКАСИ.  Того, кого я ищу повсюду.

КИРИЦУБО.  Кого же ты ищешь повсюду?

АКАСИ.  Не знаю. Он здесь где-то рядом, а где – не могу я увидеть. Мне сердце твердит, что он близко. Глаза же  — не видят. Что делать не знаю…. Пойду, поищу в другом месте. Идемте, подруги.

Уходят.

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА.  Бедная моя девочка! Она сошла с ума.

КИРИЦУБО.  Не успели обрадоваться, как новое несчастье тут как тут.

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА.  О, горе, горе!

КУРАБУ.  Пустяки! Это есть настоящий пустяки! Хай тук балабук, фу чукума фук! Сапаки бяки турунда! Чоки чоки сан!

КИРИЦУБО.  Что он такое говорит?

КУРАБУ.  О, ваше величество, я хотел говорить, что болезнь вашей дочери не представляет опасности. По всей вероятности, на нее все еще действуют чары колдуна Курабу, которые передаются ей через Чудище, сидящее в вашем подвале. Если отрубить голову этому Чудищу, то чары рассыплются, и дочь ваша будет совсем здоров.

КИРИЦУБО.  Ты говоришь правду?

КУРАБУ.  Чтоб мне лопнуть! То есть, я хотель сказать, что я, Султан Махмут Турецкий…. То есть – Персидский…. Или Турецкий? Простите, ваше величество, я… моя запутался. Но это не важно. Я хотель сказать, что Султан Махмут никогда не врут. Я всегда говориль, говорю и буду говорить только правда и ничего кроме правда! Да! Это Чудовище распространяет вокруг страшный опасный микроб. Если вы не поспешить отрубить ему голова, то скоро все во дворце спрыгнут…, соскочат…, упадут… Я забыль, как это правильно говорить?

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА.  Сойдут.

КУРАБУ.  Да! Сойдут! Скоро все во дворце сойдут с ума, если вы не прикажете немедленно казнить это опасное Чудовище с его микробом, заставляющим людей убегать…, уходить…

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА.  Сходить.

КУРАБУ.  Сходить с ума.

КИРИЦУБО.  Какой странный микроб. За все время моих скитаний мне не приходилось даже слышать о таком.

КУРАБУ.  О, да! Да! Страшный микроб! Очень опасный!

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА.  Неужели моей дочери уже ничем нельзя помочь?

КУРАБУ.  Можно. Надо только поскорее, до заката солнца отрубить голова Чудовищу, — и ваша дочь будет совсем здорова!

Возвращается принцесса Акаси с подругами. Она по-прежнему кого-то ищет. Снова обходит всех. Останавливается перед Курабу.

АКАСИ.  Ты кто?

КУРАБУ.  Я?

АКАСИ.  Кто ты? Что ты здесь делаешь?

КУРАБУ.  Я?

АКАСИ (разглядывая Курабу).  Кажется, я тебя где-то видела.

КУРАБУ (оглядывая себя).  Не может этого быть. Я совсем не похож.

АКАСИ.  Где я тебя видела? Где?

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА (отводит Акаси от Курабу).  Доченька, успокойся. Этот человек – принц Махмут Персидский….

КУРАБУ.  Турецкий.

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА.  Да? Мне кажется, в первый раз вы назвали себя Персидским.

КУРАБУ. Неужели?

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА.  Ну да! Вы сказали: «Я – принц Махмут сто восемьдесят шестой Персидский!»

КУРАБУ.  О! В самом деле! Как же это я забыл! О, моя память! Моя проклятая память! О-о-о! (Бьет себя в лоб.)

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА.  Не надо так огорчаться. Это со всяким может случиться.

КУРАБУ.  Нет, это – не так просто. Это есть действие микроба, которое распространяется Чудовищем из подвала! Ваше величество, немедленно прикажите отрубить голову этому страшилищу, не то все, скоро все со… со… со….  Опять забыл, как это слово. Со… со…

КИРИЦУБО.  Сойдут.

КУРАБУ.  Да. Сойдут. Скоро все сойдут с ума!

Даже те из людей,

Кто сейчас далеко от дворца,

Сойдут с ума!

Вся земля превратится тогда

В большой сумасшедший дом!

Курабу изображает из себя сумасшедшего, кривляется, пугает окружающих.

ПОДРУГИ АКАСИ.  Ах, нам страшно!

КУРАБУ.  Боитесь?

ПОДРУГИ АКАСИ. Боимся.

КУРАБУ.  Ха-ха! Представляете теперь, что произойдет, если мы не расправимся с этим Чудищем. (Скандирует.) Чудище казнить! Чудище казнить!

ПОДРУГИ АКАСИ (повторяют).  Чудище казнить! Чудище казнить!

АКАСИ.  Чудище? Где оно?

КИРИЦУБО.  Не бойся, оно заперто глубоко в подземелье.

АКАСИ.  В подземелье… Я вспомнила! Это же он! Он превратился в Чудовище, а я испугалась и все забыла. Я должна немедленно его видеть. Я больше не испугаюсь. Проводите меня к нему!

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА.  Бедная моя девочка!

АКАСИ.  А! Вы боитесь, должно быть! Ну, хорошо. Я одна пойду и приведу его сюда. (Убегает).

КИРИЦУБО. Немедленно остановите ее и заприте в спальне!

ПОДРУГИ АКАСИ   Принцесса, не ходите туда, остановитесь, остановитесь! (Убегают за принцессой.)

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА.  Ах, какая беда! Уж лучше бы она оставалась капризной и злой, чем такое горе. Бедное мое дитя! (Тоже убегает вслед за принцессой).

КИРИЦУБО.  Когда же придет конец нашим несчастьям? Не успеешь обрадоваться, как новая беда тут как тут.

КУРАБУ.  Прикажите немедленно казнить Чудовище!

КИРИЦУБО.  Да. Чудище – казнить! Эй, слуги!

Входят придворные.

КИРИЦУБО.  Через час все должно быть готово к казни! Я уничтожу зло, вошедшее в мой дом! (Уходит вместе с придворными).

КУРАБУ (один).  Ха-ха! Какой же я молодец! Какой же я умница-разумница! Пойду-ка я на кухню и угощу себя чем-нибудь вкусненьким. Ха-ха! (Уходит).

КАРТИНА 3.

Подземелье во дворце Императора Кирицубо, в котором сидит богатырь Фудзивара в облике Чудовища. Он закован в цепи. Темно. Только сквозь щели пробивается солнечный свет тоненькими лучиками. Издалека слышится голос принцессы Акаси: «Фудзивара! Фудзивара, где ты?» Ее шаги гулко отдаются в пустом подземном коридоре. Что-то упало, покатилось по каменным плитам, стукнулось о железную дверь. Шаги приближаются и замирают перед дверью.

АКАСИ (за дверью, шепотом).  Фудзивара, ты здесь? Я чувствую, что ты здесь.

Фудзивара отходит от двери в противоположный угол, стараясь не греметь цепью и ступать как можно тише.

ГОЛОС АКАСИ.  Не уходи… (Громко.) Не уходи, Фудзивара! (Стучит в дверь.) Не уходи!

Слышны приближающиеся шаги и голоса: «Принцесса, вернитесь, туда нельзя. Там за дверью опасное Чудовище!»

ГОЛОС АКАСИ. Оставьте меня! Это не Чудовище. Фудзивара, ты слышишь меня? Отзовись! (Изо всех сил стучит в дверь).

ГОЛОС ГОСУДАРЫНИ-СУПРУГИ.  Доченька моя, успокойся! Ты не здорова. Что вы стоите? Возьмите ее и отведите в спальню.

ГОЛОС АКАСИ.  Нет! Нет! Оставьте меня! Пустите меня к нему!

Возня, голоса, крики, плачь, постепенно удаляются. Снова мертвая тишина. Фудзивара возвращается на свое место. Что-то вспоминает, шарит у себя на груди и достает из-за пазухи хризантему, которую дала ему Мурасаки. Вдруг подземелье наполняется  мерцающим светом. Знакомая тень отделяется от стены и, танцуя, приближается к нему, останавливается в нескольких шагах от него.

МУРАСАКИ.  В пещеру ко мне

Ветер принес горький запах

Цветка хризантемы.

Никогда такою тоской

Душу мне не пронзало….

Что случилось, богатырь? О, да ты стал совсем на себя не похож! И снова закован в цепи? Цепи – это пустяк. (Взмах руки Мурасаки – и цепи спадают). Но твой облик изменить я не в силах.

Фудзивара печально вздыхает и идет, забивается в угол подземелья.

МУРАСАКИ.  Подожди отчаиваться. К тебе вернется твой прежний облик, если тебя поцелует принцесса Акаси.

Фудзивара хватается за голову и рычит.

МУРАСАКИ.  Конечно, сейчас даже страшно приблизиться к тебе, не то что целовать…. Но, вдруг!..

Шаги, скрежет открываемой двери. Мурасаки исчезает. В подземелье входят двое воинов-стражников.

ПЕРВЫЙ ВОИН.  Иди ты первый.

ВТОРОЙ ВОИН.  Нет, ты иди первый.

ПЕРВЫЙ.  Ну, чего ты боишься? Он же закован в цепи. Ни рукой, ни ногой…

ВТОРОЙ.  А где он?

ПЕРВЫЙ.  Вон – в углу сидит.

ВТОРОЙ.  Эй, ты, Чудище, вставай-подымайся! Пора на казнь отправляться.

ПЕРВЫЙ.  Молчит…

ВТОРОЙ.  И не шевелится…

ПЕРВЫЙ.  Давай поближе подойдем – может, спит и не слышит.

ВТОРОЙ.  Давай.

ПЕРВЫЙ и ВТОРОЙ (осторожно приближаясь к Фудзивара). Эй, ты! Чудище!

Фудзивара встает им навстречу. Они с криком «А-а-а!» отбегают к дверям.

ПЕРВЫЙ. Ты чего?

ВТОРОЙ.  А ты чего?

ПЕРВЫЙ.  А цепей-то на нем нет.

ВТОРОЙ.  Да. Нет.

ПЕРВЫЙ и ВТОРОЙ.  А-а-а-а-а! (Убегают, оставляя дверь открытой).

МУРАСАКИ  (снова появляется).  Какие смешные! Как они испугались! (Смеется.) А тебя, кажется, пригласили на казнь? Что ты собираешься делать в таком случае?

Фудзивара встает и идет к выходу.

МУРАСАКИ.  Подожди, постой! Неужели ты хочешь умереть? Послушай, я предлагаю тебе отправиться вместе со мной в царство Мрака. Мы с тобой будем жить среди теней, танцевать вместе с ними, читать стихи и петь песни. Мне все равно как ты выглядишь. Я буду любить тебя вечно! Дай мне твою руку. (Протягивает ему руку.) Не бойся, подойди ко мне!… Ближе…. Ближе….

Фудзивара протягивает ей свою руку. Их ладони почти встречаются…. Но вдруг Фудзивара резко поворачивается и уходит. Некоторое время слышны его удаляющиеся шаги. Тишина.

МУРАСАКИ (закрывает лицо руками).  О, я несчастная!

Затемнение.

КАРТИНА 4.

Обстановка второй картины. Грустный Император Кирицубо. Придворные. Входит Государыня-супруга.

КИРИЦУБО.  Ну, что?

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА.  Плохо. Кажется, она совсем потеряла рассудок. Требует, чтобы ее немедленно отвели в подземелье, к этому Чудовищу. Поскорее бы его казнили!

КИРИЦУБО.  К казни все приготовлено. Я уже распорядился отвести его на площадь перед дворцом. Отправимся и мы туда.

Поднимается со своего места, за ним все придворные. Вдруг вбегают два воина-стражника.

ПЕРВЫЙ и ВТОРОЙ.  Спасайтесь, спасайтесь! Он сбросил цепи. Это оборотень! Оборотень! А-а-а-а-а! ( Пробегают мимо и исчезают.)

КИРИЦУБО.  Что такое? В чем дело? Вы что-нибудь поняли?

Придворные пожимают плечами.

ГОСУДАРЫНЯ-СУПРУГА.  Ах, должно быть, они тоже сошли с ума.

Шаги. Входит Фудзивара в облике Чудовища. Дамы падают в обморок. Фудзивара подходит к Императору Кирицубо, опускается на колени и склоняет голову.

КИРИЦУБО.  Что это значит?

Крики за сценой: «Принцесса, вернитесь. Нам приказано не выпускать вас из спальни. Остановитесь! Остановитесь!» Через сцену бежит Акаси, следом за ней толпа подруг. Принцесса Акаси вдруг резко останавливается. Подруги, пытаясь затормозить, падают. Акаси идет к Фудзивара, встает перед ним на колени, поднимает его склоненную голову, смотрит в лицо. Все в ужасе следят за ними, боясь пошевелиться.

АКАСИ.  И совсем не страшно смотреть на тебя. Это твои глаза. Да, это ты. Чего вы все так испугались? Это же Фудзивара! Вот, глупые…Они боятся тебя. Но ты совсем не страшный. Правда. И какая разница, как ты выглядишь! Я все равно люблю тебя. Ты не веришь мне? Хочешь, я поцелую тебя при всех?

МУРАСАКИ (входит).  Постой. Лучше отдай его мне.

АКАСИ.  Нет. Ни за что.

КИРИЦУБО.  Что здесь происходит?

Акаси целует Фудзивара. Чары спадают. Фудзивара принимает прежний облик.

ВСЕ.  Ах!

ПРИДВОРНЫЕ.  Это же Фудзивара! Богатырь Фудзивара! Ах, ах!

Входит Курабу.

КУРАБУ.  Ваше Величество, к казни Чудища все готово.

КИРИЦУБО.  Хорошо.

Курабу видит Акаси и Фудзивара.

КУРАБУ.  Это кто? Ой! Харам-барам!

ФУДЗИВАРА.  Это я, Курабу.

ВСЕ.  Курабу?

КУРАБУ.  Эх, опять рушатся мои заветные мечты….(Снимает чалму и халат.) Да, я – Курабу. Злой, коварный Курабу! Ну, и что? Что вы уставились на меня? Злодеи вы, злодеи…. Да я вас всех сейчас превращу в пыль, в порошок сотру, а дворец ваш тепленький да сухонький огнем сожгу. Раз мне в нем не жить, то пусть никому не достанется! (Колдует.)

Поднимается ветер, начинает дрожать земля, гремит гром. Все в ужасе хватаются друг за друга, кричат, сбиваются в стайки. Становится все темнее и темнее. Черные тени царства Мрака надвигаются на них. Вдруг светлая тень Мурасаки встает перед Курабу.

КУРАБУ.  Уходи, Мурасаки, не мешай мне расправиться с ними!

МУРАСАКИ.  Я не дам тебе этого сделать! Ты ведь знаешь, что пока я здесь, у тебя ничего не выйдет.

КУРАБУ.  Уходи!

МУРАСАКИ.  Нет. Уйдем вместе. Не теряй понапрасну время. В их сердцах поселилась любовь. Перед ней мы бессильны. Летим!

КУРАБУ.  Ладно. Я подожду, когда вновь они разлучатся или друг друга разлюбят, – и тогда я вернусь и всех уничтожу!

МУРАСАКИ.  Конечно. Прощайте, счастливцы! Вспоминайте меня иногда, когда станет вдруг грустно, иль захочется петь, или память о прошлом нахлынет…. Фудзивара!..

Фудзивара оставляет Акаси и подходит к Мурасаки.

МУРАСАКИ.  Видишь, Фудзивара, как хорошо все получилось. А я улетаю. Хочешь, я спою для тебя и станцую?

ФУДЗИВАРА.  Да.

Мурасаки взмахнула рукавом своего кимоно и откуда-то с неба зазвенела музыка.

МУРАСАКИ (поет и танцует.)

Если кто-то тебя

Из столичных жителей спросит,

Ты ответь, что живу

Я средь горных вершин, где просвета

Никогда не бывает в тучах.

Исчезает танцующая Мурасаки. Яркий солнечный свет заливает покои Императора Кирицубо. Акаси подходит к Фудзивара и обнимает его. Все собираются вокруг счастливой пары.

КИРИЦУБО.  Как хотел бы я мир

Всегда видеть таким, как сегодня.

Пусть на сотни веков

Сохранят свою пышную яркость

Волны цветущих глициний.

Все поздравляют Фудзивара и Акаси, смеются, радуются. Входит монах Содзу.Все молча смотрят на него.

КИРИЦУБО.  Опять ты? Опять скажешь, что нам рано радоваться.

МОНАХ СОДЗУ.  Среди горных вершин

Осенний туман не светлеет.

Гуси летят, возвещая,

Что все преходяще в мире.

Вечна только любовь.

ВСЕ.  Вечна — только любовь!

КИРИЦУБО.  Значит, мы можем радоваться?

МОНАХ СОДЗУ.  Конечно.

КИРИЦУБО.  Тогда я должен немедленно издать приказ! Слушайте! Я, Император Кирицубо, всем своим подданным приказываю вечно любить друг друга и вечно радоваться! Да будет так отныне и навсегда!

МОНАХ СОДЗУ.  Аминь.

Свадебный танец.

ЗАНАВЕС.

 

ВНИМАНИЕ! ПУБЛИЧНОЕ ИСПОЛНЕНИЕ ТОЛЬКО С ПИСЬМЕННОГО СОГЛАСИЯ АВТОРА.

ЛЮБЫЕ ИЗМЕНЕНИЯ В ТЕКСТЕ ТОЛЬКО С ПИСЬМЕННОГО СОГЛАСИЯ АВТОРА.

© Мигунова Раиса Лаврентьевна,  ramigunova@yandex.ru

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *